Фильму норвежского режиссера Йоакима Триера «Сентиментальная ценность» удалось получить Гран-при на Каннском кинофестивале в этом году, а также очаровать всех зрителей и кинокритиков. Наверняка многие восприняли это логичной, качественно новой, ступенью в кинематографии режиссера, чей фильм «Худший человек на свете» в 2021 году также хорошо оценили в Каннах. В компании с актрисой Ренате Реинсве, ярко заявившей о себе в прошлом фильме Триера, они сделали новый фильм, в котором Реинсве играет Нору — актрису, страдающую депрессией и потерявшую опору в собственной жизни.
Фильм рассказывает о семье Борг: в кадре современное нам поколение, а за кадром несколько поколений их предков, внутренние травмы которых наслаиваются на жизни потомков. История этой семьи поколениями помещалась в стенах большого и крепкого дома, с которого начинается повествование. Закадровый голос говорит о нем как персонаже, который через окна наблюдает за своими жителями и будто накладывает рамку на их жизни - то ли сюжетную, то ли багетную.
В начале фильма у сестер Норы и Агнес (Инга Ибсдоттер Лиллеос) умирает мать. На похороны бывшей жены является их отец (Стеллан Скарсгард), давно ушедший из семьи. Придя проститься с женой, он преследует и собственные нужды: режиссер по призванию, он хочет снять свой последний и самый личный фильм, пригласив на главную роль Нору. Когда та отказывается, Густав зовет американскую актрису Рэйчел Кэмп (Эль Фаннинг), которая без ума от его картин. Невольно Рэйчел вписывается в ландшафт семейных драм: она меняет прическу, пытается говорить с норвежским акцентом, но чувствует, что искренность не подстроишь, потому что эта роль создана не для нее.
В начале фильма у сестер Норы и Агнес (Инга Ибсдоттер Лиллеос) умирает мать. На похороны бывшей жены является их отец (Стеллан Скарсгард), давно ушедший из семьи. Придя проститься с женой, он преследует и собственные нужды: режиссер по призванию, он хочет снять свой последний и самый личный фильм, пригласив на главную роль Нору. Когда та отказывается, Густав зовет американскую актрису Рэйчел Кэмп (Эль Фаннинг), которая без ума от его картин. Невольно Рэйчел вписывается в ландшафт семейных драм: она меняет прическу, пытается говорить с норвежским акцентом, но чувствует, что искренность не подстроишь, потому что эта роль создана не для нее.
Притом, что герои предстают перед нами достаточно разделенными, кажется, что режиссер пытается фокусироваться на том, что их объединяет. Межпоколенческий семейный опыт с проросшими травмами и хрупкими сентиментальными ценностями, основанный на репрессивном опыт матери Густава из прошлого века, отражается не только на ее сыне, но и на ее внучках. Пока Нора просто чувствует внутри себя пустоту, которая когда-то довела ее бабушку до самоубийства, ее сестра Агнес копается в архивах и будто через них проживает всю боль своей родственницы. Здесь все герои чувствуют пустоту и ноющую боль, но по-разному живут с ней. Нора, как старшая сестра и более вдумчивая свидетельница раздора отца и матери, потеряла эту опору совсем. Агнес, с детства находившая поддержку в Норе, сейчас находит ее в своей семье – и это то, что помогло ей единственной взрастить внутри прочную внутреннюю опору. Густав запивает все невзгоды алкоголем и пытается снимать кино, периодически игнорируя реальную жизнь. Он точно не положительный герой, но осознающий свои ошибки, правда не всегда пытающийся их загладить.
«Сентиментальную ценность» очевидно нельзя сравнивать с фильмами «Солнце мое» Шарлотты Уэллс, «Последняя капля» Софии Копполы и «Хорошенькая» Индии Дональдсон, которые фиксируют сложные отношения дочерей и отцов и чаще всего основаны на личных историях режиссерок. Йоаким Триер в свою очередь не концентрируется на проблемах героинь, появившихся из-за ухода отца. Скорее он пытается исследовать то, что им предшествовало.
«Сентиментальную ценность» очевидно нельзя сравнивать с фильмами «Солнце мое» Шарлотты Уэллс, «Последняя капля» Софии Копполы и «Хорошенькая» Индии Дональдсон, которые фиксируют сложные отношения дочерей и отцов и чаще всего основаны на личных историях режиссерок. Йоаким Триер в свою очередь не концентрируется на проблемах героинь, появившихся из-за ухода отца. Скорее он пытается исследовать то, что им предшествовало.
Концовка фильма, безусловно, может вызвать вопросы. Например, почему сестры Нора и Агнес так быстро простили отца и согласились на участие в создании его фильма (Нора сыграла главную роль, а Агнес разрешила своему сыну сниматься в нем), ведь отец в конце не меняется, а героини вдруг принимают и поддерживают то, с чем они боролись весь фильм. Однако, с другой стороны, надо отдать режиссеру должное в том, что в мире, в котором все нестабильно, он дает нам надежду. Сквозь прорабатываемую тоску, депрессию и бессилие прорываются совсем неплохие шутки режиссера – взять хотя бы стул из Икеи и диски с фильмами «Пианистка» и «Необратимость», подаренные Густавом своему маленькому внуку. Очевидно, что режиссер смотрит через оптимистическую призму даже на самые ужасные ситуации и пытается сказать, что надежда на хэппи энд есть всегда. Оттого кажется, что ответы на вопросы к концовке уже содержатся в теле фильма. Вероятно, дело не в прощении и уступках героев друг другу, а в понимании и принятии ими собственной природы. В первую очередь это касается главной героини – Норы, чей пустой и потерянный взгляд мы видим в начале, когда она не хочет выходить на сцену и играть спектакль, и которую мы видим в конце — уже в амплуа киноактрисы, принимающей себя в сложном и уязвимом положении даже на глазах отца.
